Завершив этот невероятный путь, Андрей присел поговорить со мной в Ханое. Его тело было истощено после почти двух месяцев ходьбы с тяжелым рюкзаком в режиме «Терминатора». Однако глаза его светились, когда он рассказывал о новой миссии, которую случайно открыл для себя в дороге - стать культурным мостом. Отправившись в путь с тяжелым рюкзаком за плечами и абсолютно нулевым уровнем владения вьетнамским языком, Андрей и не думал, что на финише обретет непреодолимое желание: «Я хотел бы, чтобы мои сограждане больше узнали о Вьетнаме.

Андрей – россиянин, живущий в Нячанге около года, выбрал самый медленный способ, это пойти пешком, но 1300 километров из Нячанги в Ханой. А почему... Андрей? Что побудило тебя отправиться из Нячанга в Ханой, преодолев такую дистанцию очень длинную?

Здесь две основополагающие идеи, которые мною двигали. Первое, это то, что я сейчас озвучил, что мне необходимо было привести свою голову в порядок, побыть наедине, когда человек очень много ходит, он успокаивается, да, то есть это внутреннюю гармонию какую-то обретает. А второй момент, мы год назад в апреле прилетели во Вьетнам с целью попутешествовать всего лишь на 3-5 месяцев, думали, поживём месяц-полтора в Нячанге и посмотрим северную часть страны.

Но получилось так, что мы здесь остались, в Нячанге есть русская школа, ребёнок захотел учиться там. И за вот этот год, который мы здесь прожили, я понял, что я-то в принципе Вьетнам толком и не посмотрел. И подумал, почему бы не соединить две вот эти идеи, внутренняя трансформация, плюс знакомство со страной, потому что путешествуешь, когда ты на машине, на слебасе, ты видишь туристические города в основном, то есть ты видишь ту страну, которая вот показывается. А мне захотелось увидеть аутентичный Вьетнам, то есть нетуристический, нетипичный.

- Какие грани жизни пишем по ходу, которые остаются незамеченными при стандартных поездках?

Люди, в первую очередь люди. То есть это то, что меня очень сильно удивило, потому что когда я только отправился в путь, был небольшой страх, непонимание.

Чужая страна, ты не знаешь язык, то есть насколько здесь безопасно, небезопасно. С одной стороны, вроде год ты в Нячанге живёшь, но ты там себя чувствуешь в комфорте, в зоне комфорта, а здесь ты выходишь из зоны комфорта. И моё удивление было неимоверно, когда я впервые столкнулся с помощью вьетнамцев, это прям сразу же первый день было, когда мне просто воду там начали давать.

И постепенно, когда по дороге люди начали останавливаться, предлагать помощь, когда я оказался там в деревне, я ушёл от трассы, и вечером, проходя в поисках ночлега, меня местные жители, у них как коммуна была, они пригласили на совместный ужин. И мне так было это удивительно и приятно, что я стал частью их коммуны.

- Ну, ты не знаешь вьетнамский язык, а как ты общался с местными жителями во время пути?

В основном я старался разговаривать на английском, так как русский вообще никто не понимает, английский во Вьетнаме, он сейчас популяризируется, и часть людей понимала английский.

Иногда приходилось использовать переводчик, ну и язык жестов рук. Была очень интересная ситуация, когда я целый день провёл в пути вместе с монахом, то есть я просто шёл по дороге, увидел монаха, который идёт в том же направлении, и мы с ним разговаривали сначала через переводчик, но это так муторно, когда долго, то что ты постоянно телефон друг к другу даёшь. И мы с ним уже начали друг друга понимать просто как бы жестами, шутками.

- Случались ли с тобой какие-то забавные недоразумения?

Из недоразумений было пару случаев, это прям большое такое удивление для меня, и редкость, когда вьетнамские школьники, большинство меня всегда приветствуют, здороваются, hello, подъезжают.

Вот, ну, был такой небольшой культурный шок, немного потом шёл размышлял над этим, сопоставлял, что это лишь там, ну, одна десятая процента, это то, что вот такое было удивительное. И была удивительная история, когда за мной привязалась собака, хозяйская с ошейником, и она за мной прошла 20 километров, да, потом она затерялась, я пока шёл смотрел. А зачем, или случайно, или не знаешь? Я её не звал, я её не звал, она просто за мной пошла и продолжала идти 20 километров, больше четырёх часов со мной шла, она потерялась, то есть я отвлёкся на телефон, я обернулся, а её уже нету, я развернулся назад, пошёл назад, немножко поискал её.

Я её периодически паил, находил где шланги с водой, в воду давал, кормил, а потом она затерялась, и самое интересное, на следующий день эта история повторилась, продолжилась. Меня по дороге в 50 километрах от дома собаки обнаружил отец хозяйки этой собаки, и мы с ним вместе отправились на поиски её, и мы её нашли. Это было очень удивительно.

- А какой момент был самым тёплым, душевным для тебя?

Самый тёплый, душевный... Это общесобирательный, скорее всего, общесобирательный. Это тот момент, когда к тебе приходит осознание, что ты идёшь... Представляешь разницу? Ты идёшь один по пустыне, где песок, и тебе тяжело, ты вязнешь в песке. Это то состояние, когда ты идёшь в неизвестность.

И другое дело, когда ты как лодка, которая плывёт, и тебе в спину ветер дует. И вот человеческая вот эта помощь, поддержка на всём пути, вначале было психологически непонятно, как это я пройду, а когда я уже ощутил поддержку людей, и онлайн мне очень много комментариев вьетнамцы начали писать. Я первое видео сделал, поблагодарил просто за тех 50 вьетнамцев, которые мне начали первые комментарии писать.

И физическую поддержку, когда люди предлагали подвезти. Один раз я остановился переночевать у местных жителей, потому что не смог найти хомстей перед тем, как пойти на Хай-Ван. И в этот момент у меня самое тёплое, наверное, то, что осознание произошло, что здесь я точно не пропаду, здесь я в безопасности, здесь я не останусь голодным, не останусь без воды.

- А, я видел там на Тик-Токе, кто-то дал тебе тогда водички?

Таких случаев очень много. Правильно, я видел? Это очень много, это очень много. То есть ко мне просто подъезжали ребята, которые... Приятно, конечно, когда тебя знают.

Например, когда я подходил к Хануе, ко мне подъезжает парень на байке и говорит, и протягивает мне вот так вот стакан тростникового холодного сока. А я весь закутанный, то есть меня тяжело как бы...

- Они узнали тебя через Тик-Ток, да?

Да, это приятно, но гораздо было приятнее, когда незнакомые люди, когда они не знают, кто я, когда они не видят мой Тик-Ток, просто останавливаются, тебе протягивают воду, как, например, дальнобойщик, который мне взял две бутылки воды дал, два молока дал, дал мне манго и этот апельсин. Да, и манго.

Кстати, русские очень любят манго, по-моему, насколько я знаю, да? Ну, я тоже люблю манговый фреш. А, кстати, какой момент... Есть какой-то момент, который для тебя был одиноким во время пути? Одинокий... Было не так давно. Понимаешь, ты когда очень долго идёшь, то есть это физическая нагрузка и нагрузка на психику, то есть эмоционально ты становишься, с одной стороны, вроде бы спокойным и стабильным, потому что нет внешних факторов, триггеров, которые тебя цепляют, а с другой стороны, ты легко воспалим.

И была ситуация, когда у меня супруга, она все вот эти 40 с лишним дней находится с дочкой одна, и я понимаю, что ей тяжело. Она решила со мной поделиться тем, как ей не просто в этот момент, а у меня жара, солнце, голова, и я не готов был её выслушать, и у нас произошёл неприятный разговор, и вот в этот момент мне было морально так тяжеловато, да. То есть были такие моменты.

В основном основные трудности возникали не из-за психологических аспектов, а из-за того, что я просто без анализа плохо подготовился к путешествию, это мой первый опыт, и я неправильно подобрал себе обувь и натёр на мозоли, и первые недели мне было прям очень тяжело идти.

- Пройдя 1300 километров, каким ты увидел Вьетнам?

Я увидел это стороной, солнечной, улыбчивой, открытой стороной, которую мне хочется продолжать рассказывать, показывать дальше, кстати, потому что мои русские подписчики, которые начали смотреть, наблюдать, они пишут мне комментарии, вау, круто, а я не думал, что в Вьетнаме так, и люди искренне удивляются всем вот этим историям, о котором я рассказываю. Поэтому для меня сейчас это Вьетнам, это не просто та сторона, по которой я пошёл попутешествовать, а это что-то стало очень такое близкое, и мне на самом деле искренне интересно, во-первых, понять менталитет вьетнамцев, и мне кажется, чуть-чуть мне это уже удалось за время моего путешествия.

Ты уже собираешься изучать вьетнамский язык, да? Да, во-вторых, мне интересно изучить язык, потому что мне правда интересно коммуницировать, общаться и постоянно использовать переводчик, это неудобно.

- Что тебя больше всего поразило во вьетнамцах?

Это искренность и способность вне зависимости от того, в каких условиях ты живёшь, живёшь ли ты богатый или бедный, это всегда прийти на помощь, на выручку. Ещё меня удивило во вьетнамцах отношение к жизни. То есть ты жил в России, я думаю, ты понимаешь, насколько серьёзно мы в России относимся к жизни, насколько мы очень внутри такие строгие, наверное, да? Если сравнивать вот разницу между русскими и вьетнамцами.

И за вот это время, которое я провёл в путешествии, я от вьетнамцев перенял способность жить проще. То есть знаешь, как это? Это про то, что не нужны большие дома, не нужны большие машины. Для того, чтобы жить счастливым, моё ключевое сознание, достаточно мне проснуться утром, и мне достаточно рюкзака с небольшим набором вещей, где две футболки, двое шорт. Этого достаточно для того, чтобы жить счастливым. То есть я вот смотря на вьетнамцев, наблюдая, как они на полях рис собирают, наблюдая, как они, например, торгуют, как мужчины сидят, играют, как шашки. Да, то есть и вот это, оно впечатлило.

- Ну, может быть, ты заметил какие-то различия или схожие черты культуры России и и Вьетнама?

Есть такие аспекты. Когда было 30 апреля, когда Вьетнам праздновал 51-ю годовщину окончания войны, я в этот момент находился в Донгхой.

А, Донгхой. Да, и за день до этого, получается, по-моему, Донгха, Куанчи, и буквально несколькими днями ранее, там, да, 2 дня ранее, 2-3 дня, я был в Куанчи, Донгха, и посетил цитадель Куанчи. И это было как раз в канун празднования, и я обратил внимание на то, как русские и вьетнамцы вот в этом очень схожи.

То есть я обратил внимание на то, что для вьетнамцев важна вот эта память о войне, и как вьетнамцы чтят память своих героев, значимость вот этого для страны, и сравнил, как мы в России празднуем 9 мая. То есть для меня вот прямо здесь конкретная параллель отношений людей на внутреннем ментальном уровне спустя какие-то поколения, как люди относятся вот к этим важным моментам, аспектам. Вот это, наверное, да, это мне вот прямо понравилось.

- Интересно. Ну, какой план у тебя на ближайшее время? Может, проект, связанный с Вьетнамом, с подобными пешими походами, путешествиями?

Во-первых, я хочу новый проект сделать с пешей. И у меня есть отдельная идея касаемо Вьетнама, потому что я реально не ожидал, что такое количество вьетнамцев будут приглашать по всем провинциям.

И у меня есть желание уже не в пешем формате, а, возможно, со своей семьёй посетить разные места, разные локации, куда приглашать. Даже не то, что достопримечательности, людей. То есть, понимаешь, для меня путешествие – это не посмотреть красивые места.

Для меня путешествие... Как люди живут и там... Это люди и это еда. То есть, это традиция людей понять, и от этого немножко... Ты же что-то новое видишь, и твоё сознание решается.

Как-то погружаться в реальную жизнь людей местных. Всё верно. Я всегда люблю погружаться именно... Если, например, у меня будет выбор остановиться у местных жителей либо в отеле, я, наверное, предпочту остановиться у местных жителей, чтобы посмотреть их быт, как люди живут.

То есть, это для меня интересно. Ну тогда давай скажите, пожалуйста, каково послание твоего пешего путешествия? На самом деле, как такового, какого-то конкретного посыла изначально не было. То есть, всё это изначально начиналось для... Внутри для себя, для того, чтобы самому понять Вьетнам, и для того, чтобы разобраться с собой.

Но как-то постепенно это переросло в что-то большее, и основной посыл моего путешествия нужно реализовывать... Первое ключевое. Нужно реализовывать то, что ты хочешь. То есть, у меня была мечта с давних пор.

Я её реализовал, соединил аж два момента. Узнать страну, пройдя немаленькое расстояние, и при этом попробовать себя своей силой. А смогу ли я? Знаешь, это же вопрос, который, мне кажется, интересует каждого человека.

И когда я уже подходил к Ханою, внутри вот это внутреннее, знаешь, ликование, и радость, и непонимание, и покой. То есть, разный был набор эмоций. Поэтому основное послание — это людям нужно быть смелее, убрать все страхи, и жизнь одна, надо реализовывать то, что мы хотим.

Это первый момент. А второй момент — это какой посыл. Я продолжу дальше рассказывать и показывать о Вьетнаме таким, каким вижу его я, для граждан моей страны.

Потому что для меня удивительно, почему много русских людей, например, предпочитают отдыхать в Таиланде, а не во Вьетнаме. Я вот в ноябре в первый раз съездил в Таиланд, побывал там. Красиво, здорово, да.

Но мне почему-то больше импонирует, например, Вьетнам. То есть я хотел бы, чтобы мои сограждане больше узнали об этой стране. Ну, спасибо, Андрей, за красивые слова про Вьетнам и за интересные рассказы.

- И желаю тебе удачи в жизни и на работе.

- Благодарю.